Майкл Джексон сам увеличил смертельную дозу пропофола

В 17-ю годовщину смерти Майкла Джексона появились данные, что король поп-музыки мог сам способствовать своей гибели. Как выяснилось, отчаявшись облегчить боль и страдания, певец тайно увеличивал дозу препарата пропофол — это и отправило его в могилу, а его личный врач Конрад Мюррей принял на себя основной удар.

На момент смерти 50-летний Джексон был в ужасе от предстоящего изнурительного тура This Is It, физически истощен, имел долг более 400 миллионов долларов и принимал множество лекарств, чтобы заглушить боль. Пропофол погрузил его в беспамятство, а вскрытие также показало наличие в организме лоразепама, мидазолама, диазепама, лидокаина и эфедрина.

Эксперт по сну из Калифорнийского университета доктор Надер Камангор назвал этот коктейль «идеальным штормом», который убил Джексона. Патологоанатом доктор Сирил Вехт заявил: «Майкл сам способствовал своей смерти, будучи наркоманом; он знал эффекты и риски всех принимаемых препаратов. Мидазолам, лоразепам и диазепам — очень сильные средства, они точно сыграли роль в его смерти».

В ноябре 2011 года кардиолог Конрад Мюррей был признан виновным в непредумышленном убийстве и приговорен к четырем годам тюрьмы. Он вышел на свободу, отсидев два года. Эксперты до сих пор возлагают вину на Мюррея, отмечая, что он не имел права вводить пропофол. Однако сам врач продолжает отрицать свою причастность к смерти певца.

По данным источников, опозоренного медика использовали как козла отпущения, чтобы прикрыть других участников трагедии. В ходе расследования выяснилось: Джексон мог проснуться в ночь смерти и самостоятельно ввести себе дополнительную дозу пропофола — либо через капельницу, либо взяв новый флакон и сделав инъекцию. Якобы он сделал это тайно, пока Мюррей был в туалете.

Эта версия всплыла еще во время суда над Мюрреем. Кардиолог доктор Алон Стейнберг показал, что врач проявил халатность, оставив бутылки с пропофолом и лоразепамом рядом с пациентом. Стейнберг сравнил это с тем, как если бы «оставили спящего младенца на кухонной стойке — есть небольшая вероятность, что он упадет или проснется и схватит нож». Один из детективов, первым прибывших на место смерти, рассказал, что повсюду валялись бутылки с лекарствами, и позже выяснилось: «у Джексона в крови было столько пропофола, что хватило бы свалить носорога».

За месяц до смерти певец находился в таком наркотическом угаре, что с трудом мог закончить фразу. 3 мая 2009 года он оставил неразборчивое сообщение на автоответчике Джейсона Пфайффера, работавшего на дерматолога Арнольда Клайна. Пфайффер позже сказал: «У Майкла Джексона было желание умереть. Никто не знал, что он получал наркотики из разных мест. Было неизбежно, что что-то пойдет не так».

Еще десятью годами ранее, во время борьбы с обвинениями в сексуальном насилии, Джексон признался, что если бы не его трое детей, он бы «опустил руки» и «покончил с собой». По словам источника, «Майкл принимал лекарства, бессистемно смешивая их. Он знал, что играет в русскую рулетку со своей жизнью, и ему было все равно».