Почему ветераны СВО доверяют священникам больше, чем психологам

На заседании комитета по социальной политике Курганской областной думы, прошедшем в фонде «Защитники Отечества», обсудили низкий уровень доверия ветеранов СВО к психологам. Многие из них предпочитают обращаться за поддержкой к священнослужителям, а не к специалистам.

Региональный координатор организации «Вечная память Героям» Екатерина Сафонова отметила, что доверие к священникам выше, потому что они находились рядом с бойцами в зоне боевых действий. По её словам, многие военнослужащие принимают крещение прямо на фронте, и после возвращения батюшка становится для них единственным легитимным авторитетом.

«В Шадринске отец Денисий и отец Константин всегда открыты для разговора. Есть священники, которые общались с ребятами там и готовы продолжать работу здесь», — пояснила Сафонова.

Она добавила, что работа с семьями требует выдержки, и ветераны часто начинают раскрываться только с четвёртой-пятой попытки.

Депутат областной думы и психотерапевт Ярослав Климко считает, что церковь может стать одной из «точек входа» в систему помощи для тех, кто боится врачей. Он предложил создать единую брошюру с контактами специалистов.

«Например, у человека проблемы с алкоголем, но в наркодиспансер он не пойдет, потому что боится учета. К психологу тоже. А в церковь — согласен. Значит, нам нужно дать ему адрес конкретного батюшки, который умеет работать с такими состояниями и знает, куда направить человека дальше», — отметил Климко.

Уполномоченный по правам человека в Курганской области Алена Лопатина подчеркнула, что семьи и сами бойцы живут в параллельных реальностях. Согласно опросу, для близких на первом месте находятся проблемы психологического стресса и юридическая неразбериха (35% опрошенных). Для самих участников СВО приоритетами являются физическое выживание, жильё и юридические барьеры.

«Мы не можем помогать всем одинаково. Многие бойцы реагируют на предложение пойти к психологу агрессивно: «Я что, больной?»», — отмечает Лопатина.

Её слова подтвердила руководитель регионального отделения фонда «Защитники Отечества» Наталья Семина. Она сказала, что многих вернувшихся с СВО поначалу приходилось уговаривать сходить к психологу, но сейчас к специалистам уже есть запись.

Лопатина добавила, что психологов часто представляют как сверхспециалистов, решающих все внутренние проблемы, а обратившиеся путают понятия «психолог» и «психиатр», боясь показать слабость.

По её мнению, решением мог бы стать аудит психологической помощи и создание понятной «маршрутной карты» для ветеранов. Однако главный внештатный психиатр области Ирина Соболева скептически отнеслась к этой идее, опасаясь, что ветераны могут стать объектом финансового интереса для недобросовестных частных психологов.

«Ветераны — люди обеспеченные, и частные психологи не прочь их «подоить»», — заявила Соболева.

Эксперт подчеркнула, что позиция Минздрава бескомпромиссна: работать со спецификой СВО должны только медицинские психологи из государственных учреждений, прошедшие обучение в институте имени Сербского.

Ярослав Климко также отметил, что психологическая помощь нужна не только бойцам, но и их детям. Школьные психологи фиксируют изменения в поведении учеников, когда отцы возвращаются с фронта другими людьми.

Особого подхода требуют семьи пропавших без вести, которые живут в состоянии постоянного стресса и неопределённости.

В качестве меры адаптации Климко предложил создавать при полиции группы переговорщиков из числа участников СВО. Такие специалисты могли бы выезжать на бытовые конфликты и на языке «боевого братства» гасить агрессию, предотвращая тяжкие преступления.

Депутат обращался в ведущие научные центры по психиатрии с просьбой организовать обучение местных психологов работе со спецификой СВО, но подобные программы пока не разработаны.